Золушка или Малифисента? Американская семейка, или что скрывается за фасадом семьи Маркл?

 

Меган Маркл, Герцогиня сассекская, стала любимцей британской прессы и превратилась в реальную Золушку. Но ее американская семья представляет более сложную историю. Ванесса Григориадис (журналистка Vanity Fair) решила копнуть поглубже, чтобы представить на суд общественности факты, превратившие одну из самых больших и красивых историй года в Кардашианифицированную королевскую сказку. Как мне показалось, до последней точки статья в Vanity Fair пронизана святой уверенностью в том, что Америка — единственное государство в мире, несущее правду, свет и свободу. И Меган как раз и будет внедрять в чопорную и серую Британию с ее закостенелой тысячелетней историей новые ростки калифорнийской свободы.

Меган Маркл, по всей вероятности, никогда не станет королевой. Но среди многих преимуществ замужества с принцем Гарри и становления герцогиней Сассекской есть то, что у них с Гарри будет свой собственная сфера деятельности — особые отношения с 53 странами Содружества, во многих из которых смешанное американское происхождение Меган будет преимуществом.

В ее замысловато спланированной 16-дневной поездке по нескольким из этих ранее колонизированных территорий в южной части Тихого океана, ее первой поездке в качестве HRH Ее королевского высочества, она управляла своей характерной, почти магической смесью микроменеджмента и моментов подлинности, демонстрируя тип спонтанного человеческого взаимодействия, с которым королевская семья долго боролась. В Сиднее она встала на колени, чтобы поприветствовать 98-летнюю вдову войны, прикованную к инвалидному креслу, а в Новой Зеландии она приказала подчиненным раздавать кекс детям на городской площади. В Даббо, Новый Южный Уэльс, она самолично пекла банановый хлеб, а затем подарила его семье фермеров в пятом поколении (засушат его, наверное, а потом на e-bay выставят — сарказм автора). “Она сказала, что если ты идешь в чей-то дом, ты всегда что-то приносишь, так она и сделала”, — сказала дочь фермера, ошеломленная честью есть хлеб принцессы (по законам жанра, мы все в этот момент должны рыдать и восхищаться человечностью герцогини) ”Она так переживала, что положила слишком много бананов, а Гарри успокоил ее — «бананов никогда не бывает слишком много” (ну что? Глаза уже полны слез, и уровень мимишности зашкаливает? — сарказм автора)

Дальше больше! Меган выступила с «проникновенной» речью в Южнотихоокеанском университете в Суве, Фиджи о важности финансирования образования для девочек. На шее у нее красовалось парадное колье c оранжевыми и розовыми пионами, веселое платье под стать национальному костюму. Бывшая актриса говорила много, блистая своей безупречной дикцией: “Как выпускник университета, я понимаю личное чувство гордости и волнения, которое приходит во время учебы в университете”, — пояснила она, в очередной раз заправив волосы за ухо — “Именно благодаря стипендиям, программам финансовой помощи и совмещению учебы с работой мои доходы от работы в кампусе шли непосредственно на оплату обучения, которое я смогла получить в университете. И, без сомнения, это стоило всех усилий” (вы слезу не забываете вытирать? — сарказм автора)

В такой прекрасный день, как гром среди ясного неба, раздался голос с другой стороны Тихого океана — американская семья Меган (хотя по словам Гарри, у мисс Маркл до него и семьи-то не было — прим. автора). Ее сводная сестра Саманта Маркл, 53-летняя блондинка, прикованная к инвалидной коляске, начала публиковать преинтереснейшие твиты, которые на следующий день были растиражированы всеми мировыми СМИ. Оказывается ”папа заплатил за ее образование в колледже“! Саманта добавила: «Я люблю свою сестру, но это смешно.» Она также назвала слова Меган о том, что девушка сама целиком смогла оплатить себе обучение «бредовым абсурдом.”

А на этой неделе прозвучал самый громкий и важный голос в хоре американской семьи — отец Меган, Томас Маркл, отправился на британское утреннее телешоу Пирса Моргана, чтобы пожаловаться на “призрак” его дочери и попросить королеву самой вмешаться в семейную ссору. Интересный поворот, не правда ли?

Даже если Меган не является самой важной принцессой Британской семьи (Мисс Маркл и не принцесса вовсе, как уверены многие упоротые фанаты — прим. автора) — эта честь достается прилежной и приятной Кейт Миддлтон, которая однажды станет королевой-консортом. Меган является принцессой момента, некоей трансформацией принцессы Ди. Она — единственная женщина-миллионер в королевской семье, ее состояние результат съемок в сериале «Форс-мажоры» (всего-то 5 миллионов, думаю, у Кейт оно побольше будет — прим. автора), одна из старейших беременных женщин в королевской семье за столетие (ей 37 лет, Королева родила Эндрю в 38 лет, но это был уже четвертый ребенок — прим. автора) и первый человек смешанной рассы (25% африканской и ямайской крови, 75% — ирландской и голландской крови) среди Виндзоров (хотя ходят слухи, что Принцесса Шарлотта, которая чуть не стала королевой Англии, так же имела смешанную кровь — прим. автора). Как королевской особе ей не разрешено делать политические заявления, но многие люди считают ее феминисткой (как написали однажды журналы People и USA Today, так и пошло — сарказм автора), защищающей права геев, поддерживающей аборты и прочее-прочее-прочее… А для своей первой серьезной работы в официальном статусе герцогини Меган выбрала работу на кухне вместе женщинами из Гренфела, исповедающими ислам.

Эта будущая мама первого (известного) двухрасового ребенка в истории монархии представляет собой новое и современное. Даже ее оплошности — всего лишь свидетельство того, что она встряхивает королевскую семью, которая привержена консерватизму и самосохранению. Когда она отказывается надевать чулки телесного цвета на официальные мероприятия, как это свойственно королевским особам, и ходит в кожаных сандалиях, мы радуемся. Когда она закрывает дверь своей машины, вместо того, чтобы ждать камердинера — не это ли поведение сильной женщины?  Ее публичное выступления почти безупречны. Она появилась из ниоткуда и заново изобрела способ поведения британской королевской семьи (вы это серьезно? Видимо в Америке плохо знают и понимают смысл пословицы «В чужой монастырь со своим уставом не ходят» — сарказм с личным мнением автора)

Но, конечно, Меган появилась не из ниоткуда. Она приехала из американской глубинки, из амбициозной, и, да, неблагополучной семьи, с которой у нее много общих черт, даже если она иногда, кажется, хочет их отрицать. Там, где у британцев есть поколения Плантагенетов и Тюдоров, у американцев есть Джей Гэтсби, человек, который любил одежду так же, как и любая принцесса (“я никогда не видел таких красивых рубашек раньше”), и прошлое, которое он любил скрывать. Меган не совсем Гэтсби — она не вычеркнула свое прошлое. Но есть что-то от антигероя Фицджеральда в сверхъестественном американском изобретении Меган. Она происходит из семьи послушников мотивационных ораторов и реалити-шоу (Тони Роббинс и Кардашьян-пробные камни), людей, которые считают, что будущее вовсе не должно управляться прошлым. По словам голливудского источника , когда ее звезда поднималась, она устроила вечеринку у себя дома, неофициально объявленную как вечеринка “Sayonara Zara”, и отдала более дешевую одежду в своем шкафу своим гостям (и откуда это стремлние американских журналистов причислить бесталанную лицедейку к сонму звезд первой величины?) 

Ссора между Меган и ее биологической семьей стало фиаско для герцогини при содействии и подстрекательстве британских таблоидов с их потрясающим умением в разжигании розни на рассовой и классовой почве (а здесь минус автору Vanity Fair — в современном мире публичное упрминание цвета кожи тем более в любом издании, пусть и с желтушным оттенком, считается неприемлемым — прим. автора), королевской семьи с их обычным сопротивлением изменениям и безудержным комментариям и подлостям некоторых Марклов. Это также указывает на существенное различие между нашими двумя странами: британцы часто не могут убежать от своих семей или даже своего класса, в то время как наш миф основан на вычеркивании себя из семьи.

По сообщениям, Меган — одиночка без привязанностей, эмоционально защищенный перфекционист. История ее биологической семьи-это растянутая, впечатляющая воображенение американская эпопея, самым достойным лицом которой является Меган. Есть в ней рабы и рабовладельцы, путешествия по стране в погоне за американской мечтой, и в конечном итоге превращение в среднего американца.

Королевские историки тщательно (ой-ли? — прим. автора) изучили родословную матери Меган, Дории Рагланд, как и всех, кто недавно породнился  с королевской семьей, и обнаружили ее первого известного предка: раба Ричарда Рагленд, родившегося в 1830 году в Джонсборо, в легендарном ( совпадение?) штате Джорджия, место действия из  «Унесенных ветром» (я уже рыдаю! Как умело журналистка разыгрывает расовую карту и спикулирует фактами истории — прим. автора). Поколение спустя многие Рагленды отправились в Южную Калифорнию, а в 1950-х годах родители Дории переехали из Огайо в Лос-Анджелес — ее отец управлял антикварным магазином.

Дория, нежная и любящая, встретила отца Меган Тома, в Лос-Анджелесе, хотя он вырос на восточном побережье. Он был младшим из трех сыновей в творческой семье из маленького городка Ньюпорт, штат Пенсильвания. Один из его старших братьев поступил на службу в ВВС и стал международным дипломатом. Другой — епископ восточно-православной католической церкви в Америке.

Том, молчаливый, но беззаботный, любил подшучивать и разыгрывать. После окончания школы он переехал в Поконос, чтобы работать в театре, затем в Чикаго, в конце концов став осветителем. Он женился в первый раз в 19 лет, в том браке родилось двое детей -Саманта и Томас младший. После развода в начале 1970-х годов мистер Маркл отправился на западное побережье, чтобы испытать свою удачу в голливудской высшей лиге. Там Томас познакомился с Дорией, он работал директором по освещению на съемках мыльной оперы «Главный Госпиталь». Дория подрабатывала там же стажером визажиста. Супружеская пара обвенчалась в Братстве самореализации Сансет-Бульвар, святилище индуистского гуру Йогананды, расположенное вниз по улице от комплекса Церкви Саентологии.

Дория и Том съехались за пару лет до рождения Меган вместе с Самантой и Томасом-младшим, которые переехали в Лос-Анджелес после того, как прожили несколько лет с мамой. Подростки были непослушными. Саманта прослушивалась для съемок в кино и на телевидении, а Томас-младший, по данным королевского биографа Эндрю Мортона, проводил время, куря траву со своими друзьями в семейном доме в Вудленд-Хиллз. Дория открыла бутик по продаже сарафанов. Марклы развелись, когда Меган было два года. Саманта и Томас-младший съехали, а Меган какое-то время попеременно жила то с одним родителем, то с другим, пока в подростковом возрасте стала все время проводить в доме отца. Мистер Маркл забирал дочь после учебы в католической школе для девочек и приводил ее вместе с собой на работу, на съемки сериала «Женаты . . . с детьми». Меган любила девчачьи штучки и хорошо развила в себе методы борьбы с хаосом и неуверенностью в своей неблагополучной семье. Она содержала свой шкаф в чистоте и даже в подростковом возрасте хранила в межсезонье свои ботинки Бетси Джонсон в оригинальных коробках, завернутых в папиросную бумагу. «Я помню, как занималась и была президентом каждого клуба», — рассказывала она о своей школе. «Не потому, что я действительно хотела (!!!!! — эмоция автора), а потому, что я не хотела есть в одиночестве во время обеда. Эту маску (!!!!!!! — автор) я носила, потому что боялась быть замещенной кем-либо другим» (тут на лицо кризис с самых юных лет — прим. автора)

Это было далеко не идеальное детство, но волшебство всегда витало рядом. В Лос-Анджелесе американскую мечту создает не только песок, но и моменты удачи. Если есть алтарь, перед которым преклоняется Голливуд, то это алтарь прозорливости. В 1990-м Том, работник телевидения с хорошей зарплатой, покупает лотерейный билет. И вот удача — он выигрывает. Теперь мы знаем, что превращает девушку из Калифорнии в британскую принцессу (герцогиню, зарубите себе уже на носу! — прим. автора). Меган начинает посещать частную школу, а позже заканчивает частный Северо-Западный колледж со степенью бакалавра по международным отношениям и театру. Она была первым человеком в семье, который поступил в колледж.

В то время как удача Меган только умножалась благодаря заботе ее отца, плохие инвестиции и семейные распри привели к уменьшению банковских счетов Тома. Саманта утверждает, что Том платил за обучение младшей дочери. По словам Саманты, если Меган работала, то “это были только дополнительные деньги на обувь и вечеринки”. В 2016 году, Том подал заявление о банкротстве. И герцогиня Сассекская не упомянула в своем выступлении на Фиджи о вкладе Тома в ее образование в колледже. Хотя вряд ли у Меган был выбор, включить это «бредовый абсурд» в свою речь или нет (странно, ведь во время тура все таблоиды пестрели заголовками о том, что герцогиня сама пишет себе речи — прим. автора)

Меган вернулась за своим отцом обратно в Голливуд после короткой стажировки в посольстве США в Буэнос-Айресе (ее дядя-дипломат сообщил, что это он добился этой возможности для студентки), пробираясь от роли девушки с чемоданом на шоу «Сделка»  и проходных ролей в сериалах типа CSI до заглавной роли в «Форс-мажорах». Ее первый брак с кинопродюсером не продержался и двух лет, частично потому, что им пришлось проводить много времени далеко друг от друга, когда сериал, сделавший ее более-менее знаменитой, начали снимать в Торонто (но до этого пара встречалась семь лет…. — прим. автора). Меган встречалась с популярным канадским шеф-поваром и начала вести свой блог Tig — это была одна часть Goop (блог Гвинет Пэлроу — прим. автора), а часть от Марты Стюарт с последовательно красноречивым тоном и ложкой социальной справедливости, прежде чем тема стала модной. Образ Меган, созданный для нее самой, был свободолюбивым и приземленным, но не совсем соответствовал тому, кем она была на самом деле, по мнению тех, кто ее знал. «Целью Меган всегда было стать именем нарицательным (!!!!!)«, — говорит источник в телевизионном мире. — Она безумно умна и уравновешенна, но очень, очень осторожна. Она не тот человек, с которым можно дружить. Она из тех людей, которые дружат со своим стилистом.”

В Торонто Меган стала завсегдатаем «Сохо-Хауса» — эксклюзивного клуба, где снимали панорамы города, проводили светские и банковские мероприятия. Она начала общаться с иностранцами, включая стилиста — Джессику Малруни, занимающейся стилем жены примьер-министра Канады Джастина Трюдо, и Мишу Нону, в то время жену Александра Гилкса — британского основателя онлайн-аукционного дома Paddle8 и близкого друга Гарри. “Меган пыталась наладить отношения со многими представителями элиты, высшего общества, с умными и амбициозными людьми”, — поделился информацией друг Нуно, — “У них все есть и они хотят все.” Меган пробиться помогла ее собственная фея-крестная: Виолетта фон Вестенхольц, пиар-директор британского отделения марки Ralph Lauren, чей отец, олимпийский лыжник по совместительству приходится другом Принцу Чарльзу. Фон Вестенхольц знала, что Гарри хочет стать серьезным с нужной женщиной, и передала ему контактную информацию Меган (и еще одна тысячная версия «свидания вслепую» — прим. автора)

Траектория ее семьи двигалась в других направлениях. Они перестали проводить праздники вместе, и некоторые в конце концов перестали разговаривать друг с другом. Денежные проблемы были почти постоянными. Саманта подала заявление о банкротстве в 2003 году, к ней присоединился Томас-младший в 2012 году. Он заявил тогда, что он имел $10 наличными и $88,000 долга. Столкнувшись с проблемами в бутике, Дория также подала заявление о банкротстве.

Между тем, личное богатство королевской семьи, которое включает в себя замки, бесконечные земельные участки и королевские драгоценности, в том числе 530-каратный бриллиант, самый большой в мире, оценивается в 85 миллиардов долларов. Поэтому неудивительно, что некоторые из семьи рассматривают замужество Меган как возможность сыграть в игру Кардашьян, приобретая свою собственную меру королевского богатства и славы.

Vanity Fair написал длинную статью, полную хвалебных отзывов и лизоблюдства перед Меган. На самом деле, анализ проведен не был. Так и осталось непонятным, почему же отец и сестра общаются с герцогиней через прессу? Неужели у всесильной БКС нет ресурсов, чтобы заткнуть этот фонтан информации? А может, никто и не пытается это делать? На свет появляется все больше и больше интересных фактов о прошлом Меган, а она продолжает с неизменной улыбочкой (именно улыбочкой!) гнуть свою линию, нарушая протокол на радость несведущим в этом опросе американцам и всего мира. Я считаю, колготки другого оттенка и темный лак юношеским протестом, когда вроде есть сознание, но нет опыта и ресурсов. Бесконечную смену дорогих нарядов тоже можно объяснить — дорвался грязный до бани. Но что не возможно объяснить и принять — это ее поведение с отцом и семьей. Многие жители Туманного Альбиона, даже поклонники герцогини, не считают всю ситуацию верной и призывают Меган решить этот вопрос, избавив их от публичного перестирывания исподнего. Роберт Джобсон, автор биографии Принца Чарльза, предупредил бывшую актрису: «Меган играет в очень опасную игру. Если с ее отцом что-то случится, то это станет для нее катастрофой!»

 

Добавить комментарий

Top