Русалочка by Disney: Меган Маркл может стать безмолвной феминисткой или же совершить революцию в британском королевстве. Станет ли герцогиня- феминистка ломать устои Виндзора?

 

Давным-давно жила-была принцесса. У нее были длинные рыжие волосы и хвост русалки. В оригинальном диснеевском фильме «Русалочка» Ариэль предстает этакой авантюристкой, мятежным персонажем, но что-то меняется, когда она влюбляется в принца. Любовь приводит ее к колдунье, в соответствии с договором с которой,  девушка отдает свой голос в обмен на человеческое тело, которое делает ее более желанной для своего мужчины. Ну и как мы все знаем, красивая, но немая девушка не смогла привлечь внимание принца. Но, честно говоря, Ариэль не является хорошим примером для подражания, история закончилась печально.

Меган Маркл — новейшая сказочная «принцесса». После объявления о помолвке с Гарри широкой общественности, стал известен факт, что герцогиня придерживается феминистских взглядов. Еще до свадьбы бывшая актриса делала недвусмысленные намеки,  что она будет и далее продолжать агитировать по вопросам “расширения прав и возможностей женщин». После свадьбы на официальной странице Королевской семьи появился раздел о герцогине

 

На ней лишь вскользь упоминается об актерской карьере Меган и акцентируется внимание на ее благотворительной деятельности и борьбой за права женщин: «С юного возраста Герцогиня остро ощущала социальные проблемы и активно участвовала в благотворительной работе. В возрасте 11-ти лет она успешно проводила кампанию за то, чтобы в рекламе моющего средства не использовали сексистский язык… Этот ранний опыт помог сформировать ее пожизненную приверженность таким целям, как социальная справедливость и расширение прав и возможностей женщин». Также известно, что бывшая актриса в 2015 году стала адвокатом подразделения «ООН-женщины», отвечающем за участие женщин в политической жизни и за их лидерство.

Возникает закономерный вопрос, а сможет ли и после свадьбы Меган Маркл и далее активно бороться за права женщин? Что выберет Ариэль: быть немой, но с Принцем или быть ярой феминисткой, но одной, или есть третий вариант?

Монархия, возглавляемая женщиной, это не то же самое, что и феминистская монархия. После стольких десятилетий, в течениие которых Королева является одной из самых могущественных женщин на планете, было бы удивительно, если бы она не придерживалась личных взглядов на равенство. Вспомнить хотя бы случай, когда Елизавета Вторая самолично прокатила на машине Короля Саудовской Аравии — страны, где до 24 июня этого года женщинам запрещено было садиться за руль.

Но гендерная политика — это область, нахождение в которой будет чреватым для Королевы: царственным особам запрещено высказывать свое собственное мнение. Поэтому появление в семье феминистки является интересным и в некоторой степени значительным моментом. Это либо подтвердит, что феминизм стал неотъемлемой частью современного общества и равенство полов является такой совершенно обычной идеей, что его неприятие выглядит откровенно странным, – или это поможет в открытую выражать свою негативную реакцию.

Но можем ли мы считать Меган феминисткой?

Сначала определимся, что такое феминизм. Не надо путать феминизм и матриархат. Феминизм — это движение за права женщин, против их дискриминации по половому признаку. Это значит, что у женщин не должно быть меньше политических, экономических и гражданских прав просто потому, что они женщины; а еще их права должны соблюдаться на практике.

Смелая идея, что женщина — тоже человек и вообще-то равна мужчине, высказывалась отдельными эпатажными личностями на протяжении всей истории. Однако официальным началом феминизма принято считать движение суфражисток (от французского suffrage — избирательное право), возникшее в середине XIX века. Центральным пунктом в манифесте дерзких барышень было прописано предоставление женщинам избирательных прав — в конституциях многих стран того времени были закреплены дискриминационные нормы. Подразумевалось, что природное предназначение женщины не дает ей возможности участвовать в политической жизни страны. Возможность избирать, быть избранной (а также, например, владеть собственностью) далась женщинам кровью, причем буквально: суфра­жисток арестовывали и бросали в тюрьмы, на что они часто отвечали голодовкой, подрывая здоровье и не щадя жизни. Первые активистки не дожили до триумфа своих идей: избирательное право женщины в США получили лишь в 1920 году, во Франции — в 1944-м, а в Швейцарии — в 1971-м. Хотя многим ­кажется, что оно присутствовало в мире всегда.

Вторая волна феминизма возникла в 60-е годы XX века, и представляет собой уже гораздо более сложное явление. Феминистки второй волны критикуют представление о том, что основным предназначением женщины является материнство, понятое как затворничество и отказ от карьеры, забота о доме. Они оспорили тезис о том, что женщины не должны стремиться к тому, чтобы проявлять себя за пределами этого «женского мира». Женщины на Западе стали массово выходить на рынок труда, что привело и к резкому росту богатства общества, и к совершенно новому представлению о реальной гендерной политике.

Третья волна феминизма, начало которой связывают с 90-ми годами XX века, представляет собой попытку применить к гендерным исследованиям актуальные философские идеи. Ключевая тема для феминисток третьей волны — осознание, что на самом деле вопрос не сводится к тому, что есть женщины, а есть мужчины. Вопрос сводится к попытке понять, как именно эти гендерные роли, мужская и женская, конструируются, как мы становимся мужчинами и женщинами. Что заставляет нас быть мужчиной или женщиной?

И естественно как и в любой теории в феминизме есть своих направления — либеральный, радикальный, марксистский, культурный, интерсекциональный и другие. Либеральный феминизм — это мейнстрим, и в западном мире большие политические партии ориентированы именно на него. Основные методы либерального феминизма — лоббирование интересов женщин и разработка соответствующих законов, а также создание кризисных центров и групп поддержки, направленных на борьбу с конкретными проблемами. Википедия трактует либеральный феминизм как индивидуалистическую форму феминизма, которая фокусируется на способности женщин бороться за равенство посредством своих действий и выбора. То есть женщина сама выбирает себе мужа, друзей, хобби, работу, времяпрепровождение и прочее-прочее.

И как же идеи феминизма можно применить к царственным особам? По общему признанию, концепция феминистской принцессы немного похожа на мир Mattel, в котором появляется Барби Инженер. Вроде, что-то новое и совсем отличное от предыдущего поколения игрушек, но это все равно кукла. Большая часть работы Маркл, в качестве члена королевской семьи, по-видимому, также останется довольно кукольной, состоящей, как это традиционно происходит с очаровательными маленькими детьми и пенсионерами, носящими дорогую одежду. Вспомнить хотя бы, как Принц Гарри мягко напомнил, когда она начала говорить о движении #MeToo, что сначала ей надо организовать свадьбу, а не революцию.

Но Меган и организовала «революционную» свадьбу, поддержав во время церимонии идеи феминизма. Вы спросите как? Взять хотя бы выбор дизайнера подвенечного наряда — его доверили женщине Клэр Уэйт Келлер. Кроме этого именно женщины были ответственны и за другие важные детали свадьбы: торт был создан известным британским кондитером Клэр Птак, а букет и все цветочные композиции продуманы флористом Филиппой Краддок. Далее, по традиции невесту к алтарю должен вести ее отец или другой близкий член семьи мужского пола. В отсутствии папы, Томаса Маркла, Меган решила пройти первую половину прохода в часовне Святого Георгия в гордом одиночестве. И только затем к ней присоединился принц Чарльз. Согласно официальному заявлению Кенсингтонского Дворца: будущий тесть «сопровождал» свою невестку, а не «передавал ее» сыну, подразумевая, что она не является вещью или товаром. Еще одно выступление против классических канонов — клятва невесты. Меган решительно исключила из текста оригинала слово «повиноваться». Хотя этот факт и не стоит приводить, как революционный, потому что Кейт Миддлтон исключила это слово еще в 2011 году.

Обе герцогини ровесницы, но складывается ощущение, что их разделяет целое поколение: одна представляет непрерывность и традиции, а вторая выступает за изменения. Глупо было бы обвинять Кейт — жену будущего короля — в несовременности и отсутствии собственных взглядов. В силу своего статуса она не имеет право открыто говорить о борьбе женщин за равноправие. Как жена ненаследного Принца, Меган Маркл имеет больше свободы, чтобы раздвинуть границы. Но если королевская семья, как и Дисней, хочет обеспечить свое коммерческое выживание, предоставив принцессу для каждой аудитории, то теперь у нее есть почти полный набор. Для традиционалистов есть успокаивающая Принцесса Анна, для консерваторов герцогиня Кембриджская, а для прогрессивного поколения — герцогиня Сассекская, которая до свадьбы еще сказала: «Расширение прав и возможностей женщин заключается не в том, чтобы ”дать им голос», а в том, чтобы побудить их использовать свои голоса, которые у них уже есть». Но, как и Ариэль, она вполне может оказаться под давлением в ближайшее время, чтобы пожертвовать своими собственными взглядами во имя брака, особенно если это может оказаться критично.

Молодое поколение членов Британской Королевской семьи с уважением относится к многовековым традициям Британии: они довольно умело рассказывают о проблемах, не затрагивая политику. Уильям и Гарри в своем недавнем интервью, приуроченном к годовщине смерти Принцессы Дианы, открыто рассказали о том, как пытались справится с психологическими проблемами после смерти матери. Поколение их родителей постаралось бы избежать подобного рода «излияний», но в 2018 году это не кажется шокирующим и находит отклик у миллионов людей, прошедших через подобные испытания. Молодое поколение мягко показывает своим родителям и прородителям, что небеса не упадут на землю, если показать свои эмоции. Но, преодоление разрыва между поколениями и феминизмом является более сложной задачей, не только для Британии, а для всего мира в целом.

Британская монархия — это институт существующий веками, который в стремительном ХХ веке очень хорошо поработал над обновлением своего имиджа, доказав, что движется в ногу со временем: Великобритания может похвастаться женщиной Премьер-министром — железной Маргарет Тэтчер. Поэтому открытое обсуждение проблемы равноправия женщин членами королевской семьи — вопрос времени. Только сможет ли Меган и дальше отстаивать свои идеи и взгляды? Или она останется красивой, но немой Ариэль? Cпустя время мы сможем получить ответы на эти вопросы.

 

 

Добавить комментарий

Top